БЕБЕ: Самый набожный легионер белфутбола играет в «Немане» Вернуться к списку

BY.TRIBUNA.COM • 31 июля 2017, 23:59

Тарас ЩИРЫЙ

Поль Ролан Бебе Кинге поговорил с Тарасом Щирым о мечтах и жизни насущной.

Улыбчивый парень в едко-розовой футболке – камерунский легионер, столп обороны «Немана» Пол Ролан Бебе Кинге. Невысокий крепыш с ногами бодибилдера, играющий за Гродно третий сезон, напоминает безобидного и добродушного медвежонка, излучающего тонны оптимизма. Мы пьем чай в прохладном пустом кафе гостиницы «Неман», и за два часа интервью он ни разу не взгрустнул, хотя поводы были. Жизнь, как оказывается, у Бебе непростая, как и у многих африканцев. Но, как и многие африканцы, он не зацикливается на проблемах. Говорит о своей семье, европейской Беларуси и любви к Библии. Бебе Кинг не скрывает, что после завершения карьеры мечтает стать протестантским пастором. Но начали мы разговор с любимой белорусской темы – с погоды.

— Знаешь, я очень тяжело переношу жару, – признается Бебе, показывая на улицу, где на момент разговора около 30 градусов тепла. – Да, я из Африки, но когда температура высокая, чувствую себя не очень. Почему я не знаю, но во время жары мне хватает провести пару минут на улице, чтобы вся одежда и все тело стали мокрыми. Можешь спросить у моей жены. Я в Камеруне до вечера стараюсь не выходить на улицу. Выставляю нужную температуру на кондиционере и сижу дома. В Гродно кондиционера нет, поэтому просто открываю все окна в квартире. Понимаешь, мне проще, когда прохладно. В моем Камеруне тоже жарко. Наверное, где-то 28-29 градусов тепла. А еще там сейчас сезон дождей. Этот период начался в июле и продлится до сентября.

— Дожди валят постоянно?

— О, мой Бог, они идут ежедневно! Но сезон дождей является частью нашей культуры, и никаких проблем с этим у камерунцев не возникает. Никто не сидит дома, все ходят на работу. Да и у людей есть…Ммм, как он называется. Зонт. Точно, зонт! С зонтами все очень просто. Но если вдруг что-то идет не так, ты можешь вызвать такси. Так что никаких проблем.

Однако если говорить о футболе, то во время сезона дождей из-за большого количества воды на полях из календаря могут убрать несколько матчей. Да, поля напоминают плавательные бассейны. Но, повторюсь, это нормально для нас. Когда начинают идти дожди, в Камеруне переходят играть на синтетику. У нас в каждом городе лежит искусственный газон. Хотя китайцы по всему Камеруну построили много стадионов с хорошей дренажной системой. Кроме того, новые арены сейчас возводят турецкие и итальянские компании, и наша страна через два года примет очередной Кубок африканских наций. Но поля в Беларуси все равно лучше. К примеру, в Гродно есть специальные люди, которые следят за состоянием поля. И если что-то с ним происходит, они готовы сразу устранить проблему. А в Камеруне как? Поля построили и забыли. О них никто не заботится.

Так что в Беларуси погода нормальная. Впервые приехал в Гродно в январе. Тогда было очень и очень холодно. Но я до этого играл в Таджикистане, где тоже бывает морозно, поэтому прилетел уже с теплой одеждой. Был осведомлен. Первый снег я увидел не в вашей стране, а намного раньше. Наверное, в 2006-м, когда со сборной Камеруна летал в ЮАР – в Йоханесбург. Мы, конечно, знали, что там прохладно, и что снег в этой стране лежит и в июле и в августе, но для нас холод все равно стал большим сюрпризом. Ведь в Камеруне холодно не бывает. Температура в нашей ниже 17 градусов никогда не опускается.

Ну а так мы с женой чувствуем себя в Гродно очень хорошо. Это европейский город с прекрасной архитектурой. Вот, посмотри, какой в центре красивый католический кафедральный собор! Вообще, мне кажется, что многие европейские города похожи друг на друга. Везде идет снег, везде светит солнце, везде есть хорошие магазины и везде есть гостиницы. Все везде похоже. Возможно, если ты поедешь в Нью-Йорк, то увидишь какие-то различия, но очень многие города в Европе напоминают Гродно. Любимое мое место – это стадион, а вот жена любит посещать местные пиццерии.

В сравнении с моей родной Дуалой Гродно – небольшой город. Если в нем живет 350 тысяч человек, то в Дуале – около 5 миллионов. В Камеруне очень много шума. Отовсюду слышна музыка. Африканцы просто не могут жить без нее. Они с помощью музыки наслаждаются жизнью. Многие слушают что-то свое, а молодежь любит рэп, ар-эн-би. В нашей стране, например, очень популярен исполнитель Petit-Pays, который дружит с Самуэлем Это’О. Он очень богат, построил в Дуале большие апартаменты. Дело в том, что многие камерунцы живут в США, и они часто приглашают Petit-Pays выступить перед ними. Еще он иногда летает во Францию, Германию, на этом и зарабатывает. Ну а вообще поют и танцуют у нас и днем, и ночью.

— У нас если ты будешь петь и громко слушать музыку после 23:00, на тебя вызовут милицию.

— Да, я знаю об этом. Но в Камеруне такое просто невозможно. В Гродно вообще очень тихо. Для нас с женой это именно то, что нужно. Тем более я христианин, посещаю протестантскую церковь «Маханаим», и я всегда нуждаюсь в тишине, чтобы можно было помолиться. И когда вокруг так много шума, как в Камеруне, мне очень сложно сконцентрироваться. А я молюсь каждое утро, каждый вечер, перед сном, перед тем как встаю. Прошу Бога уберечь меня от травм, оградить от бед моего сына, моих друзей, родственников. Молюсь ли я за команду? Конечно! Ежедневно. Я просто не могу этого не делать. Это очень важно для меня. Ведь это моя работа, мои товарищи. И я прошу Господа о том, чтобы хорошо сложились тренировки, чтобы он защитил ребят, прошу, чтобы ниспослал на нас благодать, и мы одержали победу. Я постоянно читают Библию. Для меня это главная книга.

— Иисус Христос – центральная фигура Библии. А кто тебе еще симпатичен из библейских персонажей?

— Апостол Павел. Когда он не был крещен, его звали Савлом. Он жил в Израиле обычной жизнью. Как ты, как я (Павел был фарисеем и преследовал первых христиан – Tribuna.com). Но однажды пошел в Дамаск по делам. И на своем пути ощутил очень странное сияние, услышал голос: «Савл! Савл! Что ты гонишь меня?» И тогда Павел сказал: «Господи, кто ты?» В ответ он услышал: «Я Иисус Христос, которого ты гонишь». Позже голос ему сказал, что с этого дня в его жизни произойдут изменения. Он сказал, чтобы Павел шел в город, где будет сказано, что ему делать дальше. В итоге Павел стал большой фигурой в Библии. Я люблю его читать. Он говорит об очень важных вещах – о любви, о том, что любовью нужно делиться с людьми, даже со своими врагами.

— Ты любишь всех?

— Конечно.

— Но почему?

— Это как предписание, которое дал нам Бог. Согласно ему, ты должен любить всех людей. Вот почему я люблю всех.

— Ты помогаешь бедным?

— Да. В Камеруне хватает очень бедных людей. Их можно встретить, гуляя по городу. И я стараюсь им помогать. Если вижу на улице реально бедного человека, жертвую деньги.

Кроме того, в Библии сказано, что человек должен десятину отдавать на церковь. И я как христианин десять процентов от своей зарплаты перечисляю на церковь. Церковь у нас большая, нужны деньги на ее содержание. У пасторов нет зарплат. Они живут на пожертвования.

— Я слышал, что ты очень правильный, и живешь так, как сказано в Библии. Например, не пьешь алкоголь…

— Не пью. Моя позиция христианина такова, что человек должен быть чистым во многом. Спать только со своей женой и ни с кем больше. Я не знаю, что будет в будущем, но, возможно, если на то будет воля Бога, я стану пастором. Я хочу этого. И я уже выступал с проповедями перед прихожанами. Я открывал Библию, читал отрывок из Святого Писания, а потом объяснял собравшимся, как понимаю эти слова, что они означают. Я размышлял.

— Ты помнишь свою главную ошибку в своей жизни?

— Главная ошибка, ошибка жизни... Нужно подумать. Сразу после Олимпийских игр-2008 мне сообщили, что есть вариант попробовать силы в швейцарском «Базеле». Я, конечно, был не против. В итоге мне сказали, что позвонят, и я принялся ждать. Прошел месяц, но мне так никто не позвонил. Поэтому я решил поехать на просмотр в «Чикаго Файр» из МЛС. И тут мне набирают и говорят, что нужно ехать в «Базель». Но было уже поздно. По итогу остался в Камеруне. Однако я все-таки думаю, что это не была моя ошибка. Ведь в той ситуации от меня ничего не зависело.

*  *  *

— У тебя большая семья?

— У меня 5 сестер и 5 братьев. Но вопрос, как всех нас прокормить, перед родителями не стоял. Мы в Африке на земле выращиваем очень много овощей. Земля дает нам еду. Единственный овощ, который видел и в Беларуси, и в Камеруне, это картошка. Все. У нас растет кассава (из этого растения делают крупу или муку – Tribuna.com), сладкий картофель, ямс… Многое можно было купить в магазине, но у нас и так было все самое необходимое. Но для этого нужно было работать. Поэтому нам вместе с братьями и сестрами приходилось каждую субботу хорошенько потрудиться на поле, например, посадить овощи, чтобы в следующем году нам было что покушать.

У нас была семья среднего класса. Отец работал плотником, мама – портнихой. Жили в большом доме в Дайдо, достаточно хорошем районе города рядом с Атлантическом океана. Никакого криминала у нас не было. Максимум могли по карманам полазить и украсть мобильный телефон. Весь криминал встречается в городах на севере Камеруна, а Дуала находится на западе.

— Кто привил тебе любовь к футболу?

— В моем городе жили родственники футболиста Брунно Нготти, выступавшего за ПСЖ, «Милан» и сборную Франции. В детстве он был как Бог для меня. Я постоянно смотрел матчи с его участием по французскому телевидению. Если видел его на районе, ощущал нечто подобное, когда сейчас молодежь видит Криштиану Роналду. Когда Брунно приезжал отдохнуть к родителям, посмотреть на него собиралась вся улица. Увидеть Нготти было за счастье. Он многим детям из Дуалы дарил майки и бутсы. У меня даже был его автограф, но я его где-то потерял. Мне очень хотелось на поле быть похожим на Нготти. Ну а из нового поколения камерунских футболистов мне нравился экс-защитник «Реала» и «Челси» Джереми Нжитап, который, как и я играл, правого защитника.

Я с детства мечтал только о футболе, но отец очень не любил мое увлечение. Он был против него, и у меня из-за этого были большие проблемы. Папа мне часто повторял: «Я не хочу видеть, как ты играешь в футбол. Я хочу видеть тебя на занятиях в школе». Дело в том, что некоторые люди в Камеруне считают, что молодежь из-за футбола теряет голову. И если дети много играю в футбол, значит, они какие-то ненормальные. Но я учился в школе неплохо.

— Помнишь свой самый жесткий скандал из-за этого?

— Да. Я как-то готовился к школьным экзаменам и вместе с учебником пошел на стадион. И когда отец вышел на прогулку, он заметил меня и позвал к себе. Принялся кричать: «Я же говорил, что не хочу видеть тебя в футболе! Твое место в школе!»

В отличие от отца, мама была не против футбола. Она умела хранить секреты. Мама в тайне, не говоря ничего папе, купила мне первые бутсы – черные «Пума». Она сказала тогда: «Эй, если отец спросит у тебя, где ты их взял, скажи, что взял у друга, но не признавайся». Но папа не задавал мне таких вопросов. Он просто не знал, что у меня есть бутсы. Почему? Возвращаясь с тренировки, я прятал их в очень укромном месте – под кроватью в своей комнате.

Моих родителей уже нет с нами. Мама умерла 11 лет назад, отец – 15. Они не увидели, как я уехал за рубеж. Когда мамы не стало, я играл в первой лиге. Опеку надо мной взял один из старших братьев. Он стал мне вторым отцом, помогал во всем, и я по итогу ни в чем не нуждался. Родители похоронены в Дуале. Часто ли бываю на кладбище? Понимаешь, для меня все это очень сложно. Я очень хотел, чтобы мои родители были со мной, но Бог решил иначе…

— Какую главную мудрость тебе передала мама?

— В Африке есть футболисты, которые увлекаются магией. И мама мне об этом говорила следующее: «Сынок, пожалуйста, играй в футбол без магии. Просто верь в Бога и играй в футбол».

*  *  *

— В Камеруне все игроки мечтаю уехать за рубеж?

— Да. Если ты хочешь получить шанс в сборной, то нужно уезжать. В нашей стране футболисты не зарабатывают больших денег. В месяц порядка 350 долларов, что для недорогой страны, как Камерун, вполне нормально. Хотя и я, и Абуна, мой партнер по «Неману», были вызваны в национальную команду именно тогда, когда играли в Камеруне.

— Кто из твоих друзей сделал хорошую карьеру?

— К примеру, Алекс Сонг играл за «Арсенал», а сейчас выступает за «Рубин». Орельен Шеджу провел прошлый сезон за «Галатасарай». Мы с Шеджу общаемся каждый день. Ребята сейчас очень богатые. Шеджу, к примеру, построил для своей мамы огромный дом. Когда я его увидел, подумал, какой сумасшедший дом. Его маме в нем хорошо :).

Из чемпионата Камеруна я переехал в турецкий Газиантеп. Этот город намного больше Гродно. В нем базируются два клуба – «Газиантепспор» и «Газиантепспор Бююкшехир». Я играл за вторую команду. Она выступала тогда во втором дивизионе. В Турции было здорово. Там живут очень хорошие люди, и у меня никогда не возникало проблем. В «Газиантепспоре», ведущей команде города, в своем время играл камерунец Арманд Доми. Он был очень популярен. И ко мне как к камерунцу относились тоже хорошо. Там фантастические болельщики. Когда я заходил в ресторан, они говорили: «Садись за столик, заказывай все что хочешь. Ни за что платить не надо». Но продержался я недолго. В августе 2009-го приехал, а в октябре уже уехал. Дело вот в чем. После одного из матчей у меня случился конфликт с местным вратарем, а он был вице-капитаном команды.

— Ты подрался с ним?

— Да. Мы проиграли со счетом 0:1. Пропустили из-за ошибки вратаря. В моменте с голом он пытался словить мяч, но не зафиксировал его в руках. Ближе всех к мячу был нападающий соперника... По итогу он стал мне предъявлять претензии, что виноват я. Мол, не подстраховал его, и из-за этого мы проиграла. В итоге завязалась драка, и мне пришлось покинуть команду. Для меня это был тяжелый момент. Мне хотелось играть. Да и зарплата там была хорошая. Во втором дивизионе Турции я получал 4 тысячи долларов. И это без бонусов. Если мы побеждали, нам дополнительно платили еще 600 долларов. Жаль, думаю, если бы я там остался, у меня был бы шанс заиграть в высшей лиге.

— Как ты оказался в Таджикистане?

— После Турции я вернулся домой. У меня не было хорошего агента, а самостоятельно мне было очень сложно найти хороший вариант. Из-за этого на долгое время задержался в Камеруне, потерял мотивацию. Думал о том, что если не найду себе команду, то закончу с футболом. Но один из моих друзей предложил поехать играть в Таджикистан. Сказал ему: «Окей, никаких проблем». Повторюсь, я просто потерял какую-либо мотивацию, и я был готов уехать куда угодно. Я не хотел оставаться в Камеруне.

В Таджикистане было очень сложно жить. Там неплохо. Просто я жил в очень старом городе – в Вахдате. Даже не знаю, как объяснить. Если ты поедешь в Душанбе, то увидишь, что там жизнь нормальная, но в остальных городах очень непросто. В городе, где я играл, живут серьезные мусульмане. Все женщины носят одежду, которая закрывает лицо. Никто не говорил на английском. И когда я шел на местный рынок, не знал, что делать. Я просто показывал продавцу пальцем на то, что хочу купить. За нашу команду играли два ганца, украинский вратарь Старущенко и парень из Ирана. Вот с ними я и общался. Все мы жили на базе.

Однажды произошла очень интересная история. Случилось это на мой день рождения. Накануне наш капитан рассказал о моем дне рождения президенту клуба. И тот, купив сок и пирожные, пришел ночью на базу, чтобы поздравить меня. Честно говоря, я был счастлив. Мне было очень приятно. Да и все были рады. Но через несколько недель президент выдал нам зарплату и сказал, что забирает у меня ту сумму, которую потратил на «Колу», «Спрайт» и все остальное. Но я же не просил его все это покупать :). Вот такая история случилась со мной.

Футбол в Таджикистане, конечно, не очень высокого уровня. Неплохо играют всего четыре команды, а остальные – очень слабые. И когда в нашу команду пришел белорус Петр Качуро, он предложил уехать играть в вашу страну. О Беларуси я ничего не знал, но это был очень хороший вариант. Так я оказался в «Немане».

— Слышал, что у тебя в первое время были большие проблемы в Гродно.

— Конечно. «Хайр Вахдат» отдал меня в аренду в Беларусь. Деньги мне платили белорусы, но возникли некоторые проблемы. Таджики не хотели меня отпускать, просили, чтобы я остался, но я был против. На это услышал: «Ок, тогда ты не получишь своих документов». Вот почему «Неман» долго не мог подписать контракт со мной.

— И как ты жил без денег?

— Ну, после каждой тренировки мы ходили кушать в ресторан. Что касается других затрат, я экономил. В сложное время мне помогали Сергей Сосновский и Андрей Хачатурян. Да и города я не знал, чтобы куда-то ходить. Но через определенное время эта экономия закончилась.

Мне нравится здесь. Я учу русский язык, так что в основном все, что говорят в клубе, понимаю. У нас очень хорошая команда. Ковалевич – классный мотиватор. Он здорово заряжает команду энергией. Веселую атмосферу шутками всегда поддерживают Паша Савицкий и Филипп Рудик.

— Какое тебе прозвище дали в коллективе?

— Белый :). Но во время матчей меня так никто не называет. Только в раздевалке. Ну и еще могут иногда встретить на улице и спросить: «Эй, Белый, привет. Как дела?»

— Назови мне самую прикольную ситуацию, в которой ты оказывался в Беларуси.

— Это произошло в первый год моего пребывания в Гродно. Мы как раз покушали в ресторане, и я направлялся домой. Шел мимо какого-то дома, на углу которого в меня врезался мужчина. Он явно задумался, а когда поднял глаза, от неожиданности произнес: «Шоколадный, е# твою мать!» Это выглядело очень забавно. Человек явно был погружен в свои мысли. Но я воспринял все это нормально. Мне было забавно.

— Тебя не оскорбляли в Беларуси из-за цвета кожи?

— Нет, да и я отнесусь к этому спокойно. Если услышу что-то подобное, просто пойду своей дорогой.

*  *  *

— Почему твой сын не живет с вами в Гродно?

— Я переношу тяжело эту разлуку. Даниэль, а ему девять лет, постоянно спрашивает: «Папа, а когда ты приедешь ко мне? Я хочу увидеть тебя». И мне очень непросто, переживаю. Дело вот в чем. Я не знаю, какие школы в Беларуси, поэтому решил, что для сына будет лучше продолжать учебу в Камеруне. У нас одна часть страны говорит на английском, вторая – на французском. Мы живем во франкоговорящей части. Но я все равно отдал сына в англоязычную школу. Почему? Я думаю о его будущем. Я хочу дать ему хорошее образование. А ведь английский – это очень распространенный язык. У меня с ним еще 5 лет назад было много сложностей. Я в детстве говорил: «Не люблю английский! Не хочу его знать». Но когда начал путешествовать, я сказал сам себе: «О, мой Бог! Какую же я допустил ошибку в своей жизни, когда не хотел учить английский!» И я решил, что такое с сыном не должно произойти. Отвел в англоязычную школу, и сейчас он уже говорит на английском лучше, чем я. Но дома он, конечно, общается на французском.

— Какая главная цель в твоей жизни?

— Жить во Христе. Ведь все, что есть в моей жизни, все, что в ней происходит – это все благодаря Богу.

— Где ты планируешь жить после завершения карьеры?

– Не знаю, возможно, в США, может, в Европе. Мне просто хочется дать сыну все, что я могу. Собираю деньги. Поэтому если и переедем с семьей жить в другую страну, то это будет сделано ради сына – ради его образования.